...Войдя в мыльню, он долго не мог ополоснуться. Крутил вентиля, но из торчащей над головой трубки без дуршлага (их тут просто нет, да и зачем они нужны? Верно, мужики?) вода не бежала. Он пробовал и так и сяк, пока вышедший из парной красный как рак мужичок не подсказал наступить ногой на некую педаль. Стоило нажать на рамку, на него хлынул поток воды. Опустил ногу – водяной пробег тут же прекратился.
Стало ясно, почему устроители так устроили! Поначалу все здесь было, как в Чебоксарах, то есть по открытии крана волжская водичка беспрерывно и беспардонно, не принося какой‑либо пользы людям, вчистую мчалась в канализацию.
Те же, что платят за ее поступление, то есть владельцы бани, посчитали на пальцах (стеб), засомневались, применили калькулятор и ужаснулись. В конце концов до них дошло, что расточительство такое нецелесообразно, и они немедля попросили местного умельца Богдана Ковырялко исправить ситуацию.
Тот, долго не думая, снял со списанного комбайна какие‑то амортизаторные стойки, состоящие из поршней и цилиндра, разрезал натяжной клиновой ремень, ибо обычный тросик не пружинил, затем, отпилив дужки от спинки выброшенной в мусорку за ненадобностью кровати, соорудил большую рамочную педаль. Далее, испытав прибор и запатентовав его в международной ассоциации придумщиков, Богдан представил изобретение всем волгоградским баням.
Многие взяли на вооружение инновационное начало изобретателя-самоучки и, приняв во внимание непосильный труд по созданию сей технологии, разрешили Ковырялко пользоваться своими услугами бесплатно, до конца дней его земных.