...Но он и так задержался допоздна, чего с ним ранее не бывало, потому бегом рванул в помывочное – забрать свои принесенные и приобретенные на кассе атрибуты. В частности, новехонький веник, коим и попариться‑то не удалось как следовало, и оставлять он его здесь не был намерен...
Потеря
До того, пред уходом на массаж, тот был своевременно вынут из общего котла и уложен вместе с вещами на одной-единственной скамейке мыльного помещения.
Но, войдя в зал, Кеша обнаружил, что и веника, и всего остального принесенного с собой имущества и след простыл.
Он протер пальцами очки и посмотрел снова! Лавка, где он точно оставил вещи, пустовала. Перепутать невозможно, она, как уже говорилось, тут была одна-одинешенька. И теперь сиротливо показывала свою невинную, непредвзятую пустоту.
Кеше вдруг стало тоскливо, он сглотнул подступивший к горлу комок, присел и зарыдал (шутка).
Но ведь еще не все потеряно, встрепенулся он, когда последняя слеза скатилась с его обиженного мультяшного личика. Кеша вскочил с места и помчался искать уборщицу тетю Таню, но и ее не было нигде. Мелькнула мыслишка: возможно, она ушла домой, а он остался при своих… А каких своих? Если лавка пуста, значить, своих нет и в помине.
Жалко очередную бритву: сколько он их по таким местам пооставлял, вспоминать нет нужды, но то была обычная мозговая упаренная забывчивость, а здесь вот, уперли… кто‑то, не спросивши, и дело с концом.
Тетя Таня
Но вот невесть откуда появилась тетя Таня. Конечно же, она без разговоров отдала Кешин мешок с вещами, он у нее в сусеках был припрятан.
Благодаря бабусю за доброту и отзывчивость, Палыч, чуть обнаглев, заикнулся было и насчет веника.
Но тетка Татьяна тут же замахала руками, решительно начала открещиваться, будто она того и в глаза не видала.
Чужого‑то, мол, ни в жисть не брала, вот те крест! В общем, ответ был таков: ничего про него не знаю! Не ведаю, и отнюдь не видала такого, какой он описывает.
Да уж, слишком живописно он его ей представляет, будто не веник это вовсе, а букет роз прям!
Кеша опять чуть было не заплакал …
Нет, он не того, но слезы сами накатились на глаза.
Он грустно смотрел по сторонам, блестя очками, как бы продолжая разыскивать свою пропажу, авось неожиданно вывалится вон оттуда?!
А вот откуда, и сам не знал, но чувствовал: не все еще потеряно, шанс есть… Шанс всегда есть. Он уже давно догадался, кто виновник пропажи, оставалось только разжалобить уставшую тетю Таню. Сконфузившись, он опять поплелся в мыльную, может, недоглядел чего…
– Постой, дружок, иди за мной, авось еще не сожгли, – вдруг услышал он голос уборщицы за спиной. Видно, сжалившись над разочарованной, заплаканной от досады рожицей, тетя Таня оттаяла и повела Кешу в котельное помещение искать его хлорофилловую пропажу.
Он там, в этой куче!
Кешаня хоть и был в неком расстройстве из-за потерь, но чувствовал – это сюжет. Телефон был у него всегда наготове к неожиданностям. Он его вообще из рук не выпускал в такие моменты.
Зайдя в котельную, сразу увидел, да что скрывать, узнал лежавшее в куче прямо на россыпи угля свое, не впервые утерянное в этот вечер зеленое сокровище. Одной рукой схватил его, а второй в этот момент успевал нащелкивать окружающую его обстановку.
Конечно, условия для фотосессии были, скажем так, не очень, снимки получились не совсем удачные, но после долгого раздумья он все же решил выложить их на всеобщее обозрение банным людям...